РУССКИЕ МОРЯКИ ПРИ ОБОРОНЕ БЕЛГРАДА В 1914-1915 ГГ

wpid-577cabf316d74.jpg

Антон КРУТИКОВ

С началом в июле 1914 года Великой войны, Сербия первой среди европейских стран стала театром военных действий. Маленькая сербская армия оказывала героическое сопротивление превосходящим силам Австро-Венгрии, несмотря на то, что в сербских войсках не хватало самого необходимого вооружения, боеприпасов, обмундирования и даже обуви. Более того, сербы временами сами переходили к наступательным действиям и порой наносили австрийцам серьезные поражения.С началом в июле 1914 года Великой войны, Сербия первой среди европейских стран стала театром военных действий. Маленькая сербская армия оказывала героическое сопротивление превосходящим силам Австро-Венгрии, несмотря на то, что в сербских войсках не хватало самого необходимого вооружения, боеприпасов, обмундирования и даже обуви. Более того, сербы временами сами переходили к наступательным действиям и порой наносили австрийцам серьезные поражения.

На Дунае сербам противостояла австро-венгерская Дунайская флотилия (Kaiserliche und Königliche Donauflotille), которая к началу войны являлась сильнейшим в Европе соединением речных боевых кораблей специальной постройки. К июлю 1914 года Дунайская флотилия состояла из 6 мощных мониторов, 6 бронекатеров (сторожевых судов) и большого числа вспомогательных кораблей. В 1914-1915 годах флотилия пополнилась 4 новыми мониторами, несколькими тральщиками, вооруженными пароходами и другими судами. Все корабли флотилии прошли модернизацию и были оснащены радиотелеграфом, что существенно облегчало управление и связь между соединениями. Командовал флотилией капитан 3-го ранга Олаф Вульф (с октября 1914 г. капитан 1-го ранга Карл Люцих). Огромными были и мобилизационные возможности австрийцев. Несколько сотен грузовых и пассажирских пароходов, находившихся в распоряжении австрийской и венгерской судоходных государственных компаний могли быть с началом войны легко мобилизованы и использованы для перевозки войск, снаряжения, артиллерии и боеприпасов. Плохое состояние дорог в Сербии еще больше повышало значение речных сил австрийцев, при помощи которых они намеревались обеспечить свое господство на Дрине, Саве и Дунае.

29 июля 1914 года австрийские мониторы совместно с тяжелой крепостной артиллерией начали обстрел Белграда, открыв, таким образом, военные действия. Этим силам Сербия не могла противопоставить на Дунае практически ничего, кроме укреплений Белградской крепости и батарей полевой артиллерии.

Белград в 1914 году

Как вспоминал один из участников обороны Белграда: «Еще не последовало объявление Австро-Венгрией войны Сербии, как вражеские мониторы принялись обстреливать незащищенный Белград, убивая женщин и детей. Уже в тот момент стало ясно, как заблуждались военные и гражданские круги, полагавшие, что Дунайская флотилия неэффективна в военном отношении и может только парады устраивать, и не стоит на нее обращать внимание. Стали сетовать, что Сербии было запрещено иметь флот на приграничных реках. Ежедневная пресса, вероятно по недомыслию, высмеивала мониторы Дунайской флотилии и отвлекала внимание властей предержащих от этого мощного оружия, оказавшегося под боком у Белграда. Война застала нас не готовыми к тому, чтобы воспрепятствовать свободному барражированию мониторов вдоль нашего берега, откуда они сеяли ужас и смерть. Сербские пули отлетали от бронированной защиты мониторов».

Уже в первые недели войны Сербия была вынуждена обратиться за помощью к России, надеясь получить от своего союзника материально-техническую поддержку для своей армии. 9 августа 1914 года, сербское правительство Николы Пашича обратилось к России с просьбой о кредите на закупку военной техники и продовольствия. Этот вопрос был решен положительно. А сразу же вслед за этим, 10-11 августа, власти в Белграде обратились к российскому правительству с просьбой выделить 1000 метров понтонов, подводные мины, миноносцы или катера для установки мин и необходимое количество военных специалистов для борьбы с австрийскими мониторами на Дунае.

Россия откликнулась на эту просьбу. Первый русский отряд был направлен в Сербию по решению командующего Черноморским флотом уже в августе 1914 года. Командовал им лейтенант Василий Аполлонович Григоренко (минный офицер линейного корабля Ростислав Черноморского флота). Отряд был сформирован в Одессе из 16 моряков-минеров и 6 августа 1914 года отправился в Сербию на пароходе Болгария. 10 августа отряд Григоренко прибыл в сербский порт Прахово на Дунае, а вечером 12 августа на станцию Ресник около Белграда, где моряки были представлены командованию сербской армии. Отряду было приказано немедленно приступить к постановке минных заграждений и размещению торпед на Дунае и Саве. С собой моряки привезли 20 шаровых мин заграждения, 4 мины Уайтхеда (торпеды) и 3 пусковых минных аппарата. 13 и 14 августа Григоренко провел рекогносцировку и наметил места постановки минного заграждения. На следующий день русские минеры уже установили первую торпеду Уайтхеда у Остружницы.

Всего через месяц в Белград прибыла вторая группа русских военных во главе с старшим лейтенантом Юрием Фаддеевичем Волковицким, опытным моряком, уроженцем Варшавской губернии, участником Русско-японской войны и Цусимского морского сражения. Ю.Ф. Волковицкий возглавил объединенные силы русских моряков-минеров в Сербии, насчитывавших 44 человека. Материальная часть минного отряда теперь включала 50 мин заграждения, 12 мин (торпед) Уайтхеда и 3 минных аппарата. Практически одновременно в Сербию прибыла группа военных инженеров под командованием полковника инженерных войск П.И. Доброва. Инженерный отряд полковника Доброва налаживал и поддерживал переправы через реки в тылу сербских войск, а также отвечал за дееспособность понтонного парка, предназначенного для форсирования Савы и Дуная.

Сербский премьер-министр Никола Пашич 5 (18) сентября 1914 года запросил у русских властей послать в Сербию два орудия большого калибра, с орудийными расчетами и необходимым боезапасом, для борьбы с австрийскими мониторами на Дунае и Саве. Свой запрос Пашич мотивировал также утверждением о том, что австро-венгерские мониторы представляли опасность и для русских транспортов. Русские власти быстро выразили готовность удовлетворить сербскую просьбу. Министр иностранных дел С. Д. Сазонов телеграфировал в Ставку 10 (23) сентября, что, с политической точки зрения, было весьма желательно пойти навстречу желаниям сербского союзника. Уже 11 (24) сентября Ставка согласилась выделить для Сербии два береговых орудия калибра 152-мм, с боезапасом в 500 снарядов на орудие, с командой из 10 нижних чинов и 1 офицера. Кроме этих двух береговых 152-мм орудий, Россия послала в Сербию и два скорострельных 75-мм орудия. Четыре русских орудия были установлены в Белградской крепости в районе церкви Ружице (152-мм) и на Нижнем Калемегдане (75-мм). По словам современника, полковника Милутина Лазаревича, они, наряду с французскими и английскими артиллерийскими подразделениями, также расположенными вдоль берега, стали препятствием для свободного движения мониторов по Дунаю.

Кроме того, по решению Морского генерального штаба (МГШ) от 16 (29) августа 1914 года на Дунае была сформирована Экспедиция особого назначения (ЭОН), во главе с военным моряком, капитаном 1 ранга М. М. Веселкиным, которая должна была перевозить военные грузы из русского порта Рени в Сербию.

К тому времени выяснилось исключительное стратегическое значение, которое Дунай имел для Российской империи (после закрытия Турцией черноморских проливов он оказался единственной из коммуникационных линий, связывавших Россию с Балканами). На Дунае в составе ЭОН была сформирована военная флотилия, созданная на базе Русского Дунайского пароходства для защиты этой исключительно важной для России коммуникации. Часть кораблей была вооружена артиллерией (75-47 мм орудия), другие использовались только для транспортных перевозок. Кроме того, из состава Амурской речной флотилии на Дунай были переброшены два сторожевых судна типа Штык.

Корабли флотилии были размещены в портах Рени и Кладово. Времени на формирование флотилии отводилось очень мало, поэтому ее корабельный состав комплектовался по закону о военно-судовой повинности путем мобилизации гражданских судов.

В состав ЭОН также входили: отряд заграждений (минный отряд) на Дунае, отряд защиты района Железных ворот, инженерный отряд морского ведомства, а также различные береговые части.

Состав подразделений ЭОН в дальнейшем менялся в зависимости от обстановки на фронте и возникновения тех или иных частных задач.

Одной из первых успешных операций, проведенных русскими моряками в Сербии под командованием В.А. Григоренко, был подрыв шлюза Босутского канала, за которым скрывались два австрийских монитора, осуществленный в августе 1914 года. Для ее выполнения торпеду весом 700 кг. пришлось везти несколько верст на волах, а последние метры до воды шестиметровый снаряд русские моряки тащили на руках. Вот как описывал эти события В.А. Григоренко: Мы стояли по грудь в воде вокруг мины. Надо сказать, что работала в воде лишь наша команда, и работала отлично На фоне неба вырисовывался прорез Босутского канала, и я прицелился в его правую кромку, рассчитывая на течение, дернул за шнурок от курка, и мина стремительно ринулась вперед. Раздался взрыв, и почти одновременно началась стрельба по нас…Ввиду темноты невозможно было видеть результаты взрыва мины, и она могла попасть лишь в берег и взорваться там, так как я подточил боевую чеку до минимума, чтобы мина ни в коем случае не досталась австрийцам. Вскоре, однако, послышался шум текущей воды, и можно было предполагать, что выстрел был удачен. Действительно, на утро стало видно, что мина попала в берег у самого шлюза и образовала прорыв воды. Течение докончило работу, размыв берега; шлюз упал, вода ушла, и мониторы оказались на мели. Таким образом выведены были они из строя до высокой воды и простояли в разрушенном канале месяца полтора, пока не поднялась Сава.

В начале сентября отряд Григоренко приступил к постановке мин в районе городов Шабац, Дреновац и Митровица. В конце сентября продолжилось минирование и, кроме того, используя торпеды, русским морякам удалось снизить активность австрийских мониторов в районе Белграда.

Австрийский монитор на Дунае

В конце сентября 1914 года австрийцы предприняли очередную попытку захватить сербскую столицу. 22 сентября австрийский сторожевой корабль f доставил в Белград парламентера с предложением сдать город. В ответ сербы открыли артиллерийский огонь по Землину. Тогда в 19 ч 10 мин началась общая бомбардировка сербских позиций. Австрийский монитор Bodrog получил в тот же день повреждения от артиллерийского огня, а затем, еще более тяжелые — 25 сентября. 26 сентября операция против Белграда была прекращена.

Командующий австро-венгерской Дунайской флотилией Олаф Вульф был снят со своей должности, так как его корабли так и не оправдали всех возложенных на них ожиданий. 2 октября на смену ему был назначен капитан 1-го ранга Карл Люцих.

Деятельность русских моряков в Белграде продолжалась. Несмотря на свою малочисленность и крайне скромное вооружение, морской отряд смог добиться новых крупных успехов. 23 октября 1914 года погиб австро-венгерский монитор Теmes он взорвался на минном заграждении, установленном русскими моряками в районе острова Аршадска-Ада у г. Шабац. Монитор шел под флагом командующего Дунайской флотилией и должен был атаковать сербскую переправу у Шабаца. Усилиями русских моряков эта акция была сорвана. У сербов эта победа вызвала большой подъем духа.

Лишь позднее на Дунай стала прибывать помощь и от западных союзников Сербии. Русские морские отряды сохранили формальную самостоятельность, но в интересах общего дела также следовали руководящим указаниям британского контр-адмирала Эрнеста Трубриджа.

Поздней осенью 1914 года началось второе вторжение в Сербию австрийцев под командованием генерала О. Потиорека. В этот период морской отряд получил новые задачи. Прежде всего, с 27 октября (9 ноября) русские моряки занимались снятием уже установленных торпед, а затем 16 (29) ноября отряд В.А. Григоренко получил приказ взрывать мосты и железнодорожные пути позади отступающей в глубь страны сербской армии. В первую очередь были взорваны железнодорожный мост в Белграде и мосты у Топчидера, уничтожены плавсредства на Дунае. По свидетельству В.А. Григоренко, русские моряки покидали Белград последними. Наша работа подходила к концу, — писал он — в городе не оставалось уже ни одного вооруженного человека, у нас с собой не было даже револьверов, а австрийцы уже были на левом берегу [Савы] и не переходили ее, опасаясь какой-либо засады, отлично зная и видя, что город очищается. У Ринанского моста подорвали один устой очень удачно. Весь запас подрывного вещества, состоявшего из самых разнообразных сортов пороха, подложили под основание быка. После взрыва от него не осталось и следов, а фермы свалились вниз.

Отступая вдоль линии железной дороги, отряд уничтожал водонапорные башни, стрелки, мосты, железнодорожное полотно. Одной из последних акций такого рода было уничтожение железнодорожного тоннеля у Ресника длиной 200 саженей. Подрыв туннеля, сопряженный с большим риском, был осуществлен лично В.А. Григоренко.

Вступив 2 декабря 1914 года, в Белград австро-венгры считали сербскую армию разбитой и полностью небоеспособной. Однако всего через несколько дней В.А. Григоренко стал свидетелем контрнаступления сербской армии и панического бегства австрийцев в ходе Колубарской битвы. Вот как он описывал это в своих воспоминаниях: По дороге пришлось наблюдать путь отступления австрийцев. Можно было проследить по оставленным бежавшими предметам, как овладевал ими панический ужас, как постепенно расстраивался их порядок и падали последние остатки дисциплины. Сначала попадались целые горы снарядов, освободившись от которых, австрийцы собирались облегчить свой обоз, затем начали попадаться передки, а вскоре и самые пушки, увезти которые не могли выбивавшиеся из сил лошади. Вскоре показались и сами лошади, совершенно истощенные и измученные и добитые самими отступавшими. Всюду разбросаны были в громадном количестве остатки обозов с запасами кофе, сахара, консервов и пр., свидетельствовавшие о не совсем стройном отступлении австрийцев Оставленные орудия, в полной исправности и с запасами снарядов, прекрасно служили сербам против австрийцев.

15 декабря 1914 года сербские войска вновь вступили в Белград. Вернулись на Дунай и русские моряки, выполнявшие здесь наиболее ответственные поручения сербского командования.

Прежде всего, ими был окончательно взорван железнодорожный мост между Белградом и Землином, причем так, что он полностью заградил проход для австрийских кораблей вверх по Саве (27 декабря 1914 года). По воспоминаниям О. Вульфа, Точная рекогносцировка взорванного железнодорожного моста Землин Белград и устья Савы, проведенная одним из офицеров Дунайской флотилии и саперным офицером, показала невозможность входа в Саву мониторов. Если даже по исключительно высокой воде и можно было пройти под концами свисающих пролетов моста, то остальной путь как вверх, так и вниз по течению был настолько прегражден затопленными торговыми судами и частями понтонного моста, что всякая возможность прохода исключалась. Таким образом Савская группа мониторов оказалась отрезанной от основных сил флотилии до конца войны.

Также русские минеры получили специальную задачу установить мины близ Железных ворот на Дунае, так как имелись сведения, что австрийские силы планируют атаку на Дунае, у румынской границы, чтобы разорвать дунайскую линию коммуникации между Россией и Сербией.

В конце декабря отряд Григоренко вновь ставил мины в районе г. Дреновац на Саве (под огнем противника, после чего моряки спасались вплавь к сербскому берегу), а 29-го декабря в районе Шабаца, где было установлено семь мин.

В течение нескольких следующих дней наибольший интерес представляли работы по заграждению фарватера у Прахово путем затопления парохода Синеус. Затем, 22-го января 1915 года отряд устанавливал мины у разрушенного моста в Белграде на этот раз на 22-х метровой глубине.

Зимой 1915 года австрийцы не предпринимали никаких активных действий. Корабли Дунайской флотилии были отведены в тыл где проходили ремонт или модернизацию в Будапеште. Как вспоминал Григоренко, австрийские мониторы проявляли очень мало инициативы, действовали совершенно разрозненно, без определенного плана, почему все операции их носили случайный характер. В общем сила их не была использована в полной мере, а потому и борьба с ними не могла быть планомерной. Впрочем, это было бы трудно выполнить и с нашей стороны при полном почти отсутствии средств. При всей любезности сербских властей и при всем воинственном пыле простых солдат, сербы, видимо, были мало подготовлены к операциям на воде и мало понимали в них. Вообще, при работах приходилось удовлетворяться минимумом средств, Как бы там ни было, а мы сделали все, что было в наших силах, и принесли австрийцам немало горьких минут. Сербы очень ценили нашу деятельность, не совсем удовлетворяясь работой миссий других держав.

По словам О. Вульфа, меры предпринятые русскими моряками в конце 1914- начале 1915 гг., помешали центральным державам оказать, пользуясь дунайским водным путем, помощь Турции. 24 декабря австрийцами была произведена попытка прорваться вниз по Дунаю с конвоем из буксира Trinitas и двух барж под прикрытием монитора Bodrog, сторожевого корабля b и вооруженного парохода Almos. Подходя к г. Семендрии, командир Bodrog получил извещение о том, что ниже Железных ворот Дунай загражден, после чего операция была прекращена.

А между тем, положение Османской империи, отрезанной от своих союзников и втянутой в тяжелые бои в Дарданеллах, становилось все более тяжелым. Нейтральная Румыния закрыла свои железные дороги для транспорта центральных держав. Поэтому 30 марта австрийцами была предпринята попытка перебросить боевые припасы вниз по Дунаю, хотя шансы на успех этой операции были ничтожны. Пароход Belgrad под командой капитан-лейтенанта В. Бесцля, груженный боеприпасами, должен был прорваться у Белграда, воспользовавшись дождливой погодой и штормовой ночью. Груз парохода составляли 65 вагонов боеприпасов и одна артиллерийская батарея, предназначенная для турецкой армии. Под прикрытием мониторов Enns и Bodrog он вышел в 21 ч 30 мин из Землина и прошел Панчову, не будучи обнаружен сербскими прожекторами. Так как сербская артиллерия в Белграде молчала, то мониторы в 23 ч повернули обратно согласно приказу к месту якорной стоянки. Находясь в районе Винча пароход взорвался на русской мине заграждения, а затем неуправляемый корабль отнесло к сербскому берегу, где он был расстрелян сербской артиллерией.

После этой катастрофы проведенная австрийцами агентурная разведка установила, что все сербское побережье, особенно около переправ, было сильно защищено артиллерией среднего калибра. В такой же мере был прегражден фарватер минными заграждениями и торпедными батареями; Железные ворота были наглухо закупорены. Проход участка Белград болгарская граница протяжением 330 км, для которого потребовалось бы около 13,5 часов, был совершенно невозможен, принимая во внимание сосредоточенный неприятельский огонь, даже если не считаться с противодействием свободно плававших в то время в низовьях Дуная русских вооруженных пароходов. Дальнейшие попытки доставки боевых припасов в Турцию пришлось поэтому на некоторое время прекратить. Таким образом, действия русских моряков полностью прервали сообщение Турции с Центральными державами, причем это положение сохранялось до конца 1915 года.

Осенью 1915 года стратегическое положение Сербии значительно ухудшилось.

Намерение поставить Сербию на колени, чтобы открыть путь к Константинополю, уже в конце лета 1915 года привело к соглашению Центральных держав с Болгарией. Подписанное в начале сентября Германией, Австро-Венгрией и Болгарией военное соглашение возложило главное командование над войсками союзников, действующими против Сербии, на германского генерал-фельдмаршала А. фон Макензена. Ему была поставлена задача разбить сербскую армию и возможно скорее установить и обеспечить сообщение между Венгрией и Болгарией.

Армии центральных держав сосредоточились у границ Сербии. Руководящие военные круги Австро-Венгрии приняли решение атаковать сербов с севера на фронте СаваДунай, чтобы не повторить своих ошибок 1914 года.

В конце сентября австро-венгерская 3-я армия, усиленная немецкими частями, развернулась к северо-западу и северу от Белграда, а германская 11-я армия в районе г. Вершетц. 3-й армией командовал австро-венгерский генерал от инфантерии Герман фон Кевесс, 11-й армией генерал от артиллерии фон Гальвиц. Германская 11-я армия состояла из 3-го, 4-го и 10-го резервных корпусов, направленных немцами на помощь своему союзнику.

Болгары сосредоточились у западных границ своей страны, причем болгарские войска должны были наступать во фланг и тыл сербской армии и перерезать стратегическую железную дорогу Белград Салоники. Россия предъявила 3 октября 1915 года ультиматум Софии, на который три дня спустя болгары ответили в резкой форме, после чего Антанта порвала отношения с софийским правительством. Уже в конце сентября Англия, Франция и Италия высадили в Салониках свои войска, предназначенные для войны против Болгарии, но активных действий пока не предпринимали.

На стороне австро-германских войск было подавляющее превосходство в силах. Они сосредоточили Против Белграда более 360 орудий, причем только 7 австрийский корпус действовавший против сербской столицы, располагал 160 орудиями (в том числе 70 тяжелых и 90 легких).

По данным сербского историка Мирослава Йовановича, осенью 1915 года Белград защищали всего 77 артиллерийских орудий, в том числе 4 русских (два береговых 152-мм и два полевых скорострельных калибра 75-мм), 8 английских и 3 французских береговых орудия, 20 батальонов всех трех призывов, 2 эскадрона, 400 добровольцев и 45 русских моряков и минеров, снабженных торпедами.

Совместное наступление германских и австро-венгерских войск началось 6 октября 1915 года с подготовительного артиллерийского обстрела берегов Дуная и Савы, для обеспечения траления мин, поставленных русскими и английскими минерами.

Во время штурма Белграда австрийские корабли получили тяжелые повреждения от артиллерийского огня, в том числе от русских 152-мм и французских 140-мм орудий. Мониторы Szamos, Теmes, Кörös и Enns получили попадания. 8 октября монитор Теmes получил настолько тяжелые повреждения, что был вынужден выброситься на мель у австрийского берега. На помощь ему вышел сам командующий Дунайской флотилией, после чего под прикрытием мониторов Sava и Inn австрийцам удалось отбуксировать тяжело поврежденный корабль в тыл.

После этого австрийцы применили против артиллерии Белградской крепости 305-мм мортиры фирмы Шкода. Против такого оружия ни у сербов ни у их союзников не было никаких средств противодействия. Как вспоминал очевидец событий полковник сербского генштаба Милутин Лазаревич, оба русских береговых 150-мм орудия и оба скорострельных 75-мм орудия на стальных лафетах и одно французское […] были приведены в негодность. Тем не менее сербы оказывали упорное сопротивление противнику и переправа австро-германцев через Дунай и Саву вместо запланированного одного дня затянулась на трое суток. Героически сражалась русская 75-мм батарея, расположенная на Нижнем Калемегдане. Два дня она своим огнем препятствовала переправе неприятельских войск. Из ее личного состава в живых осталось всего пять человек во главе с унтер-офицером Иваном Лимарем. Расстреляв все боеприпасы, моряки отступили к станции железной дороги, а позднее смогли добраться до дунайского порта Прахово. К концу дня 9 октября 1915 года Белград был окончательно захвачен австро-германскими войсками.

Судьба русских моряков после оставления сербскими войсками Белграда была различной. Некоторые из них смогли вернуться на родину уже в конце 1915 года. Часть из них была интернирована властями Румынии, а другие смогли пробиться на юг к союзникам на Салоникский фронт. Позднее эта группа русских моряков была вывезена во Францию. Известно, что команда русского крейсера Аскольд, находившегося в 1915 году на Средиземном море, была пополнена за счет моряков, прибывших из Сербии (2 офицера и 29 нижних чинов).

В конце декабря 1915 года на французском вспомогательном крейсере Шампань, вышедшем из французского порта Брест, русский морской отряд, наконец отправился на родину.

На полях сражений Первой мировой войны

В России деятельность морских сил в Сербии получила самую высокую оценку. Император Николай Второй, посетив вместе с Наследником, Цесаревичем Алексеем российский порт Рени 9 ноября 1915 года, принял доклад командующего ЭОН капитана 1-го ранга М. М. Веселкина. Государь посетил корабли русской Дунайской флотилии, в том числе флагманское судно Русь, навестил раненых в лазарете, осмотрел береговые батареи. Деятельность начальника ЭОН была названа им поразительной, а результаты ее замечательными. Многие нижние чины и унтер-офицеры, отличившиеся в войне на Дунае, были награждены георгиевскими крестами и медалями.

В их числе, Артеменко, Петр Степанович сигнальщик Гвардейского экипажа, парохода Бессарабец был награжден Георгиевской медалью 4-й ст. 140544;

Лимарь, Иван Александрович, старший комендор, Сибирского флотского полуэкипажа

Георгиевским крестом 4 ст., 762;

Пигарев, Дмитрий Дмитриевич сигнальщик Гвардейского экипажа, Экспедиции особого назначения Георгиевской медалью 4 ст. 140506 и Георгиевским крестом 4-й ст. 178678;

Чадин, Павел Александрович матрос 1-й ст., Гвардейского экипажа Георгиевским крестом 4-й ст. 756;

Шинкаренко, Григорий Григорьевич машинный унтер-офицер 1 ст. самостоятельного управления Гвардейского экипажа Георгиевским крестом 4-й ст. 754.

В начале 1916 года были отмечены и заслуги русских офицеров.

Старшие лейтенанты Волковицкий Юрий Фаддеевич и Григоренко Василий Аполлонович в феврале 1916 года были награждены золотым Георгиевским оружием (Высочайший приказ по морскому ведомству от 104).

Подводя своеобразный итог деятельности русских морских отрядов в Сербии, морской министр адмирал Григорович издал приказ по флоту и морскому ведомству от 24 января 1916 г. N 34, в котором в частности писал:

Министр Иностранных Дел препроводил мне копию ноты, переданной ему пребывающим в Петрограде Великобританским Послом, относительно выдающейся деятельности нашего морского отряда в Сербии под командою Старшего Лейтенанта Григоренко, следующего содержания:

Почитаю приятным для себя долгом уведомить Ваше Высокопревосходительство, согласно указаниям моего Правительства, что было получено донесение от Адмирала Трубриджа, командовавшего в последнее время великобританской морской экспедицией в Сербии, весьма восхваляющего действия русской морской экспедиции в этой стране.

Адмирал уведомляет, что эта экспедиция, бывшая под начальством Старшего Лейтенанта Василия Григоренко и официально никоим образом не подчиненная ему самому, неизменно выполняла всякие работы, которые он ее просил исполнить, и всегда подчинялась его пожеланиям, как будто находилась под его командою. Адмирал добавляет, что он желал бы подтвердить свое восхищение настойчивостью и мужеством, проявленными русской экспедицией во время боев при Белграде с 5-го по 8-ое Октября.

О таковой выдающейся деятельности нашего морского отряда в Сербии под командою Старшего Лейтенанта Григоренко мною было предоставлено на благовоззрение Государя Императора и Его Императорскому Величеству благоугодно было, в 18-й день сего Января, Высочайше повелеть ввести в послужные списки Старшего Лейтенанта Григоренко и офицеров экспедиции, бывшей под его командованием, лестную оценку их деятельности Английским Адмиралом, о чем объявить в приказе по Флоту и Морскому Ведомству.

Подписал: Морской Министр, Генерал-Адъютант Григорович.

Почти сто лет спустя, в сентябре 2014 года Президент Сербии Томислав Николич открыл в центре Белграда, в крепости Калемегдан памятный знак, посвященный русским и сербским защитникам сербской столицы.

Антон Алексеевич КРУТИКОВ

Литература:

1. Армия без государства. От сербского к югославянскому добровольческому корпусу в России во время Первой мировой войны. Сборник документов. М. 2014.

2. Вишняков Я.В. Сербия в начале первой мировой войны: 1914-1915 годы. Новая и новейшая история. 2, 2013. С. 53-65.

3. Вульф О. Австро-венгерская Дунайская флотилия в мировую войну 1914-1918 гг. М. 2004.

4. Григоренко В.А. На Дунае в 1914 году. Родина. 11, 2010. С. 139-141.

5. За балканскими фронтами Первой мировой войны. Отв. редактор В. Н. Виноградов. М. 2002.

6. Йованович М. Ленинским курсом. Как русские защищали Белград от австрийских мониторов на Дунае. Родина. 11, 2010. С. 130-131.

7. Йованович М. Русская помощь Сербии в 1914-1915 гг. Источник: http://ruszizn.ru/index.php/mir/24-russkaya-pomoshch-serbii-v-1914-1915-gg.

8. Каширин В. Б. Дунайская одиссея лейтенанта Григоренко. Родина. 11, 2010. С. 132-138.

9. Корсун Н. Г. Балканский фронт мировой войны 1914-1918 гг. М. 1939.

10. Писарев Ю.А. Тайны первой мировой войны: Россия и Сербия в 19141915 гг. М. 1990.

11. Тюриков С.В. Дунайские хроники. МР. 53, 2015.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: