СКАЗ О ТОМ, КАК КРЫМ ПРИСОЕДИНИЛ К СЕБЕ РОССИЮ

wpid-577cadf97c99e.jpg

Сергей СОКУРОВ, для РМ.У

Постсоветская Россия, обрезанная по западной и южной сторонам младшими братьями и сестрами, до крымский событий лишь дважды попыталась освободить душу от унижения самораспадом под руководством бесконтрольно правящей три четверти века партии, которая перед своим самочинным положением во гроб выродилась в безвольного и близорукого левиафана, неспособного реагировать на вызовы времени. Первая попытка (Приштинский бросок сводного батальона десантников ВДВ) стала сугубо героической. На патриотическую Россию она произвела, наверное, такое же впечатление, как подвиг трехсот спартанцев — на Аттику и Пелопоннес 2500 лет назад. Вторая попытка (летом 2008 г.), увенчавшаяся маленькой, но эффектной победой над Джорджией Саакашвили и лишением сателлита Запада пусть не большой, но реальной территории, породило надежду на способность России к возрождению.*

Два года тому я высказал небольшой заметкой, опубликованной СМИ, крамольную мысль, что не Россия-де вернула себе Крым, а, наоборот, Таврида (южный морской бастион нашего Отечества на протяжение 2-х веков) присоединила к себе Россию.

Сказано это было не для красного словца. Ибо весной 2014 года жители полуострова, переживавшие, наверное, свой самый значительный в истории Звездный час, смотрелись ярким, как вспышка победного салюта, пятном на траурном фоне страны, отрекшейся в Беловежье от венца сверхдержавы. В нынешнем году, отмечая вторую годовщину возвращения в единое русское пространство не просто клочка суши с примыкающей к нему акваторией, но одного из наиболее значительных, по всем меркам, приобретений империи, я решил представить читателям переработанный и дополненный вариант позапрошлогодней заметки.

**

Постсоветская Россия, обрезанная по западной и южной сторонам младшими братьями и сестрами, до крымский событий лишь дважды попыталась освободить душу от унижения самораспадом под руководством бесконтрольно правящей три четверти века партии, которая перед своим самочинным положением во гроб выродилась в безвольного и близорукого левиафана, неспособного реагировать на вызовы времени. Первая попытка (Приштинский бросок сводного батальона десантников ВДВ) стала сугубо героической. На патриотическую Россию она произвела, наверное, такое же впечатление, как подвиг трехсот спартанцев — на Аттику и Пелопоннес 2500 лет назад. Вторая попытка (летом 2008 г.), увенчавшаяся маленькой, но эффектной победой над Джорджией Саакашвили и лишением сателлита Запада пусть не большой, но реальной территории, породило надежду на способность России к возрождению.

***

Третий год пошел крымским событиям. Повторюсь: их трактовка их у меня особенная. Образно говоря, не Россия присоединла к себе Крым, лакомый кусок для многих, начиная с греческих колонистов и Pax Romana. Это доблестная Таврида блистательно совершила акт присоединения к себе униженной метрополии, казалась бы навсегда растерявшей свои окраинные территории. Другими словами, Крым включил в свое героическое силовое поле еще только набирающуюся сил, еще не совсем уверенную в себе, с опаской озирающуюся по сторонам Россию, которая последние десятилетия слишком прислушивалась к мировому общественному мнению, осторожничала. Иногда, с отчаяния, бросалась на обидчиков, как было в Мюнхене и в Южной Осетии. Она старалась казаться более либеральной, чем могла быть и хотела. Конечно, известную роль в феврале-марте 2014 года сыграла личная позиция Владимира Путина, но нашему президенту оставалось лишь очистить от сомневающихся причал, когда броненосец Крым на всех парах, с намертво зафиксированным рулем, мчался к месту вечной (будем надеяться) стоянки.

****

Повторилась история 400-летней давности. Тогда, в 1612 году, провинциальный, по тем масштабам далекий от столицы Нижний Новгород, в атмосфере всеобщего уныния и безверия в собственные силы, наполнился боевым духом и народной волей, чтобы своими действиями напомнить Москве, покорной судьбе, о ее обязанностях перед Русским Миром. И Москва вздрогнула, опомнилась, освободилась от робости перед неодолимым, казалось ей, Западом. Ей вернулась решительность, она отвернулась от компрадорского боярства бездушных предков наших нынешних либералов. Этот взрыв народной воли, последующая победа над мертвящими силами привели к осознанию спасительной модернизации страны, победе над региональной супердержавой — Речью Посполитой и изъятием у нее малороссийского Левобережья, позже к реформам Петра, к славным делам Екатериниских орлов, к высшему торжеству России в покоренном Париже весной 1814 году и, наконец, к Знамени Победы над Рейхстагом.

В апреле 2014 года я писал: Если этот повтор отечественной истории не остановится на начальной стадии, то есть надежда, что самоотверженное движение крымчан в сторону Москвы оживит потенциальные силы русских и в новых границах РФ, и за ее рубежами, что мы станем свидетелями и участниками новых славных дел и какого-то высшего торжества, что еще скрыто от нас Провидением, но уже назначено им, как судьба, народу, который падает, чтобы подняться и удивить в первую очередь себя самого. Только не останавливаться нигде и ни в чем! Только не обмануться нам в своем лидере! Только не испугаться угроз и реальных опасностей! Только найти в себе силы на преодоление неизбежных трудностей! А они будут, ибо они спутники смелых и решительных.

К сожалению, та эйфория и надежды вскоре сменились глубоким разочароваемем, когда мы бросили своих в одесском инквизиторском костре, в Мариуполе, когда стал все чаще умалчиваться Проект Новоросссия, пока проблема остатков Донбасса не превратиласья в минскую постановку мерзкого водевиля. Но чем горше разочарование, тем сильнее тянешься к тому светочу надежды, что горит уже два года к нашему Крыму. Слава Богу, успели! Еще месяц промедления, и он уплыл бы навсегда в безвозвратную даль под чужими парусами, с чужим флагом на корме.

****

Крым жемчужина в короне Российской империи (по определению Екатерины II) — в русском патриотическом сознании всегда оставался особой территорией, чему способствовала и его разноликость на протяжении столетий. Он был самым опасным ордынским хищником, опустошавшим Русь-Россию в течение трех веков, с трудом, большой кровью замиренным. Манили его климатические особенности своя, домашняя Италия. Двумя героическими оборонами Севастополя он стал лучшим учителем патриотизма. И вот в начале весны 2014 года значимость Крыма, как территории русского духа многократно возросла, благодаря всенародному восстанию его насельников против власти чужой и мстительной, нацеленной на полную ассимиляцию русскоязычных и русскомыслящих крымчан, на разрушение его святынь в материале и в духовных образцах человеческой деятельности. Поднявшись и победив, когда ему была протянута ей рука Москвы, полуостров не выбрал третьего пути. Он остался верным своей исторической памяти.

Сергей СОКУРОВ, для РМ.У

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Confirm that you are not a bot - select a man with raised hand: